Главная » Копилка творчества » Сочинительства Войти
Разделы

- Актив клуба

- Вступить в клуб

- Контакты

- История альпклуба

- Подготовка альпиниста

- Учебный план 2018-2019

- Расписание занятий и тренеры

- Рейтинг участников

- Положение о клубе

- Членские взносы

- Правила проведения альпинистских мероприятий

- Разрядные требования

- Статьи, лекции

- Отчёты о восхождениях

- Сочинительства

- Фотоальбом

- Видео

- Газета клуба

- Форум

- Группа ВКонтакте


Хибины 2011 или как мы зимовали май

Юля Остапенко

Хибины 2011 или как мы зимовали май

Предисловие

Когда до поезда в Хибины оставалось меньше недели времени, у меня начались душевные метания. Вдруг появились какие-то странные мысли, сомнения: куда я еду, что меня там ждёт, а вдруг всё будет совсем не так, как я это себе представляла? Я, конечно, большой любитель приключений, но по большей части в мечтах и фантазиях. Путешествовала не так много, и по сути дела, приключения в моей жизни случались весьма редко. Но что-то манило, чего-то в жизни явно не хватало.

Все мои сомнения были развеяны на последней перед сборами беговой тренировке. С нами бегал новичок, он был совершенно убит преодоленными километрами, и уже перед трёхзалкой задал вопрос: «Ребята, вы же наверно бегаете ещё и помимо тренировок?», на что Ваня невозмутимо ответил: «А зачем?? Мы же здесь не просто бегаем, мы сюда... потусоваться приходим». Этот ответ поставил для меня всё на свои места. Я решила: может, мне и не светят какие-то спортивные достижения, но ведь нет ничего лучше, чем провести каникулы в обществе интересных людей, с которыми я успела сблизиться за последние полгода. В конце концов, если я и пойму, что альпинизм не моё, то пусть лучше это случится сейчас в Хибинах, чем летом за три с лишним тысячи километров от дома.

Итак, мы едем в Хибины! Теперь главное всем собраться, успеть на поезд, и что еще немаловажно — не перепутать день его отправления. По крайней мере, Женя собиралась ехать в Хибины в ночь... с субботы на воскресенье! Хорошо, что она поделилась своими планами с нами, и мы вовремя её образумили, иначе наше отделение совершенно неожиданно лишилось бы одного бойца.

До поезда 5 часов

Дома всё вверх дном. Позвонила Оле, пришли к единому мнению, что снаряжения в нашем багаже меньше всего. Больше почему-то продуктов. Есть повод задуматься.

Поезд

Встречались мы в центре зала у Ленина. Оказалось, там встречаемся не только мы. Куча людей с рюкзаками, байдарками, баулами — многоликая толпа. Но альпклуб МГУ занял центровое место. Наших было видно сразу!

Подруливаю к ним с двумя коробками аптечки — я ж медик! Марина удивленно: «Там что — реанимационный набор?». Серёжа смеётся: «Там наверно манекены для ИВЛ». Впоследствии кто только не помогал мне таскать эти коробки, за что ребятам огромное спасибо!

На вокзале царила радостная суета в предвкушении грядущего. Наконец решено было идти в поезд, не дожидаясь опаздывающих. Оля оказалась уже на месте, она ничего о предварительной встрече не знала и пережила немало волнительных моментов в ожидании своих одноклубников. А Володя, который пытался подбить всех встретиться на полчаса раньше, опоздал и топал в наш вагон уже на ходу.

В 1:20 после полуночи поезд тронулся в темноту. Я была уверена, что сразу лягу спать. Но сначала к нам в купе зашел один Серёжа, потом ещё один, а потом всё их купе. Нас не остановила даже темнота в вагоне — есть же налобные фонари!

Не спалось, и я присоединилась к компании играющих в «Контакт». Дима почему-то сидел в каске, я так толком и не поняла почему. Потом объяснили — они оттуда что-то тянули, а потом лень было убирать её обратно в рюкзак. Долго не могла врубиться в правила игры. Надо сказать, что это не единственная занимательная игра, в которую мне довелось играть в эту поездку, и каждая следующая была изощрённее предыдущей. В купе у ребят сидел разнесчастный дядечка с бородой, который уже распрощался с мыслью поспать этой ночью. Когда он ненадолго вышел, его место тут же заняли и, вернувшись, он притулился на краешке, робко прислушиваясь к оживлённой беседе. Уже светало, когда все разбрелись спать и бедный дядечка обрел покой.

Весь следующий день все отдыхали, отъедались, кто-то отсыпался, причём всю дорогу. В соседнем купе играли в преферанс, те, кто хотел чего-то попроще, играли в «дурака» и прочие азартные игры. Начали разбиваться на связки. Мы с Серёжей определились первыми. Я рассказала про свои детские переживания по поводу того, что когда я ехала на верхней полке в поезде, меня преследовал страх, что она рухнет, и я верхом на полке придавлю родителей.

«Значит, ты больше боишься за других, чем за себя? Да? Тогда давай с тобой в одной связке пойдём!?». Я не смогла устоять...

Вечером, под закат, нас ждали чудесные виды на Карельские озёра и леса. Мы с Женей настойчиво ждали Белого моря, так и не дождавшись, ушли спать.

1-е мая. Снежные занятия

Утром мы прибыли в Апатиты. С вокзала до Кировска нас вёз автобус. Ехали не долго. На улице было яркое солнце — чудесная погода. И горы.

Приехали на базу, заселились в комнаты. Я поселилась с девчонками из своего отделения. У нас оказалось ужасающе холодно. Мы перестали мёрзнуть только к отъезду — попривыкли, да и на улице потеплело.

После вкусного завтрака мы отправились в учебный лавинный кулуар на гору Юкспорр на снежные занятия. Занятия были посвящены передвижению по снегу и взаимодействию связок, чем мы и занимались. Два отделения новичков, и отделение разрядников, которое взгромоздилось чуть выше нас. Всё прошло отлично, радовала погода и чудесные виды на озеро Большой Вудъявр.

Вечером мы очень торопились к ужину. Михаил Константинович принял решение срезать. Двинулись с насыпи наперерез к базе. Тропить не получилось, так и шли по пояс в снегу, преодолевая по дороге разнообразные препятствия. «Все мои приключения начинались со слов: давайте здесь срежем!» — Ваня радостно ползёт по снегу. И за всем этим со снисходительной улыбкой наблюдает Александр Валентинович с крыльца своего дома. Больше мы там не срезали.

После ужина нас ждал краткий инструктаж о правилах поведения на базе, после которого все уяснили, что в железнодорожный тоннель лучше не соваться и на сноубордах кататься в строго отведённых для этого местах. Вечер прошел в дружеских блужданиях из комнаты в комнату, посиделках на кухне до поздней ночи.

2-е мая. Скальная лаборатория

Утром наше отделение в полном составе завтракает:

«Женя, почему ты не ешь?»

«Я наелась» — Женя два раза ковырнула ложкой кашу.

«Женя, ешь. Съешь хотя бы половину!» — Серёжа чертит ложкой линию, поделив кашу в тарелке пополам.

«Ну давай, ещё чуть-чуть!»

«Женя, дай телефон твоей мамы. Я позвоню, скажу, что ты не ешь».

Впоследствии Женя, во избежание дружеских подтруниваний, съев две ложки каши или супа, уходила сразу, не дожидаясь остальных. Парни очень быстро поняли, что в этом есть свои плюсы. Женину порцию можно поделить и съесть в качестве добавки. Оставалось только гадать, откуда наша Женя получает энергию для нелегких занятий альпинизмом. И мы гадали... «Кто-нибудь видел, как на привале Женя ест бутерброд? Нет? Даааа... ничего не понимаю».

В 9 утра построение и мы двумя отделениями новичков выдвигаемся на скальную лабораторию. На ту же гору Юкспорр, только с другой стороны. Отделение Кузнецова — МГУ-3 — вышло немного раньше — к нашему позору МГУ-2, т.е. мы, оказались самым несобранным отделением, вечно опаздывающим на построение. Меня выбрали ведущей, и хотя идти нужно было по следам МГУ-2, я два раза сбивалась с пути. Первый раз просто не сориентировалась, а второй раз прозевала спуск с железнодорожной насыпи под мост, видимо под впечатлением пронёсшегося мимо нас поезда.

Когда начался подъём к скалам, мы очень быстро догнали МГУ-3. На этих сборах их судьбой было тропить. «В этом году снега мало», — говорят инструкторы, пока ведущий бредёт по бедро в снегу. Им виднее...

Дошли до скал, разбились по связкам, и «закипела» работа. Сначала мы долго ждали, пока Дима пролезет скалистый участок с нижней страховкой. Надо сказать, что работал он профессионально, горный турист как-никак. Мы в это время поглощали бутерброды с чаем. Зато Диме, как бонус за лидерство, достался трофейный экстрактор, который он нашел на маршруте. «Не забудь, кто тебя туда первым отправил!» — смеётся Михаил Константинович.

Все начали жумарить наверх по перилам, только мы с Настей вынуждены были торчать внизу, ввязанные в перильные веревки. Насте на каску звучно свалился маленький камушек. Неприятно. Михаил Константинович нас занимал разговорами и шутками.

Настя: «Что-то у меня спина мерзнет. Мокрая.»

Каныгин: «Ээ... я стесняюсь спросить, у тебя что, памперс переполнился?» Смеёмся.

Вскоре он нас покинул, зажумарив наверх. Перед этим спрашивает по рации: «Какая перильная?» Сверху раздается крик Серёжи: «Белая перильная! Готовы!!!» Через полминуты: «Только её пока не грузите!»

Настя покинула меня тоже, и я осталась одна. Нет, мне было совсем не страшно, только немного одиноко. Но у меня был термос с чаем, а внизу открывался чудесный вид. Но вскоре пришлось собраться с духом и лезть с верхней страховкой. Сначала всё шло отлично. Потом в ход пошли локти и коленки. А потом произошел затуп. Ну не знаю я как дальше. Ногу не закинуть, руками толком ни за что не зацепиться... Серёжа свесившись вниз на своей самостраховке протягивал мне руку помощи. До неё нужно было дотянуться. После нескольких неудачных попыток («Ну, Юля, еще чуть-чуть... давай!»), я, раскорячившись и подавшись вверх, ухватила его руку, он крикнул: «Выбирайте!», и меня буквально волоком затащили наверх.

Наверху я отдышалась, пришла в себя. Прежде чем начать тренировку мы с Женей решили прогуляться. Поднялись ещё выше по снегу, начали осматриваться. Внезапно Женя провалилась в снег почти по пояс. Немного повозившись, она сообщила, что застряла. Я двинулась ей на помощь, и провалилась точно так же рядом с ней. Минут пять мы безуспешно барахтались в этом снегу, и я уже решила, что пора звать на помощь. Стыдно как-то. На глаза попался Женин ледоруб. Он то нас и спас.

Ребята в это время сделали 3 станции и начали лазить с верхней страховкой. Мы присоединились. После безуспешной попытки преодоления одной из стен я уже было решила, что сегодня не мой день, и тоскливо смотрела, как в некотором отдалении моё отделение жует бутерброды. Но тут ко мне присоединился Серёжа. Он принёс термос и бутербродов. А ещё какого-то заразительного оптимизма. В общем, со второй попытки, сразу после него, я преодолела эту стену под крики Михаила Константиновича: «Юля, ты лучшая!» (льстил, разумеется).

В это время остальные тоже не бездельничали. Женя, после долгого зависа на одном участке маршрута, спустилась вниз и поменялась с Ваней маршрутами. И даёт ему напутствие: «Когда поймешь, что всё — дальше некуда, обними можжевельник.» Лезет Ваня, лезет, и вдруг понимает — дальше никак. А рядом — можжевельник. Ну и обнял его. И полез дальше. Вот такой ключевой участок маршрута!

Потом мы дюльферяли вниз, и ещё довольно долго мокрые, но довольные били крючья и закладывали закладки везде, где только можно. В учебных целях. Воистину чудесный звук, когда крюк правильно загоняется в трещину. «Песня, ласкающая слух»...

После ужина Александр Валентинович прочитал нам лекцию про опасности в горах. За окном густо валил снег. Разрядники готовились к восхождению.

3-е мая. Всё тот же снег...

Разрядники ушли на 2А «Откол», а мы отправились в лавинный кулуар на Юкспорр отрабатывать взаимодействие связок. Как обычно двумя отделениями. Тропили опять Кузнецовцы, а мы и не сопротивлялись.

Когда началась техническая работа, мы на подъёме обгоняли их на 2 верёвки.

По сравнению с позавчерашним солнечным ясным днём на этой же горе, сегодня совершенно другая обстановка. Видимости практически нет, всё заволокло густым туманом.

Достигли высшей точки нашей сегодняшней тренировки. Каждому вновь прибывшему наливали чай и совали бутерброд с чем-нибудь. «Вот это альпинизм» — говорит Каныгин, с аппетитом жуя бутерброд. «Ага. Всё остальное — подходы» — смеётся Кузнецов.

«Смотрите, какая красивая снежинка на перчатке!» — говорит Настя.

«На бутерброде мне больше нравится,» — отвечает Серёжа и достает ещё один.

Косяков было много, разных. «Мы же учимся» — оправдываемся.

Сегодня был день рождения Клиндуха Сергея Васильевича, инструктора разрядников. Перед ужином мы пили за его здоровье. У них всё прошло удачно. На гору сходили, было очень много снега после вчерашней пурги.

После ужина Михаил Константинович читал нам лекцию по спасению в горах и проводил обзор несчастных случаев за последний год.

После обещанный мастер-класс по бухтованию верёвки: «У девчонок руки маленькие, веревка может не умещаться, так вот прямо не шею вешаете и продолжаете».

«А! — это Серега Янченков. — Так вот зачем им длинная шея!»

После лекции все расположились на кухне. Михаил Константинович показывал очень занимательные фотографии, а потом был дружный просмотр «Вертикального предела».

4-е мая. Спасработы

Сегодня у нас спасработы. Мы постигали искусство транспортировки пострадавших. Это на самом деле оказалось очень интересно! Как много разнообразных способов из подручных средств альпиниста, вроде верёвки, туристических ковриков, рюкзака, сделать устройство для транспортировки. Теория была после завтрака в Ленинской комнате на базе.

Изюминкой была вязка носилок из верёвки. Из динамической и статической нужно вязать разные типы носилок.

Инструкторы все подробно показали и объяснили. Потом на этих носилках мы таскали пострадавших по общежитию.

А потом было всё то же самое, но на улице. Двумя отделениями новичков мы дошли до уже знакомого нам кулуара, высоко подниматься не стали.

В нашем отделении пострадавшей выбрали меня, точнее я сама вызвалась, в соседнем — Олю Соколову.

Надо сказать, о ней позаботились лучше. Помимо её собственной одежды, Володя натянул на неё свои пуховые штаны и огромную куртку. Её размер по горизонтали стал равным размеру по вертикали, эдакий квадратный человечек.

Ну ничего, мне тоже холодно не было.

Зато было очень весело. Особенно взирать на пыхтение своих товарищей, когда они тащили меня в гору.

Они были очень заботливые, мои товарищи, справлялись о моём самочувствии, мерили мне пульс и даже пытались накормить бутербродами. Я тихонечко дремала и наслаждалась отдыхом. Но потом началась транспортировка тела, ой, прошу прощения — пострадавшего, с горы со страховкой.

Там они уже особо не напрягались, а волочили меня по снегу.

Нет, им всё равно было тяжело, конечно, это было написано на их лицах, но мне стало немного не по себе. Особенно, когда меня проволокли по камням, которые я ощутила собственной шкурой, и когда кто-то предложил отпустить меня вниз без страховки. Нет, я, конечно, понимаю, что далеко бы я не улетела — снег глубокий и рыхлый, но сам факт!

Так что я была очень довольна, когда меня освободили из плена.

У разрядников были скальные занятия на Юкспорре, они даже фотографировали нас с высоты своего местонахождения, потому как были ровнёхонько над нами.

На базу мы в этот день вернулись раньше, чем обычно. До ужина еще было время, и мы поехали в Кировск. Погулять, пройтись по магазинам. Кто-то за продуктами, кто-то искал карты Хибин, сувениры. Кировск мне показался небольшим унылым городком, застроенным типовыми пятиэтажками. Может время года просто унылое, не знаю. Летом-то, наверное, красиво.

Видели тот самый единственный в городе светофор, местный «биг бэн», центральную площадь и небезызвестный развлекательный центр «Большой Вудъявр», посещение коего нам постоянно пытался приписать наш глубокоуважаемый старший тренер.

Домой вернулись к ужину. За ужином я вспомнила, что сегодня у нас лекция по медицине, которую по плану как бы читаю я. Ага. Я быстро поужинала и сказала отделению, что мне нужно подготовиться.

«Что, повторить что-нибудь?» — спрашивает Ваня.

«Нет. В душ. Голову помыть хочу.» Почему-то это было навязчивой идеей.

Лекция прошла нормально. Я, конечно, особыми знаниями не блистала, но ребята все с пониманием отнеслись, и каждый внёс свою лепту. Такая интерактивная получилась лекция, а благодаря «военным песням» инструкторов даже интересная. Сама очень много всего узнала.

Итак, на завтра намечено восхождение. Завтра погода должна быть хорошей, по информации от личных метеорологов Михаила Константиновича из Москвы. Все бродили, собирали рюкзаки, пили чай и не спали. Составляли маршрутные листы, рисовали схему восхождения. Особенно отдельных товарищей заинтересовало описание первопрохода маршрута в 1992 году. В процессе изучения кем-то было замечено, что на троих участников у группы было две каски. «Хм... Один без каски шёл?.. А! Ну вот же у них тут кастрюля есть! Кастрюлю одел и пошёл...»

5-е мая. Восхождение

Наше первое восхождение... Оно будоражит моё воображение и греет сердце. Первый раз это всегда волнительно, даже если это 1Б.

Всё началось рано утром. В 5:30 мы уже завтракали в столовой. Конечно, до разрядников нам было далеко. Эти отважные альпинисты к тому времени, как мы проснулись, уже шагали где-то в темноте. Впрочем, в какой темноте?.. Ночи-то белые. Они отправились на ту же вершину, что и мы, только по маршруту 3А категории трудности.

Все были довольно таки бодры. Собрались быстро.

Наше отделение, как обычно, тупило. Не помню, кто именно опаздывал, но, как обычно, кто-то. Поэтому первым поехало МГУ-3. Да, именно поехало. Под маршрут мы приехали на заказанной заблаговременно газели. Никто не был против, силы сэкономили. В ожидании своей очереди на газель, кто-то дремал, кто-то общался, маньяки играли в теннис.

Приехали под маршрут. Солнце в долине озера Малый Вудъявр ещё не взошло, но видно было, что за горами оно светит очень ярко. День обещал быть солнечным и приятным. Мы двинулись в путь. Я шла первой, как «мужчина с самыми короткими ногами». До начала подъёма к перевалу мы шагали через лес, два раза переправились через ручьи по камням.

После второго ручья Михаил Константинович представил нашему вниманию озеро Малый Вудъявр. Я, честно, не врубилась, где оно. Впоследствии, с перевала и вершины, оно действительно предстало нашему вниманию. Снег был идеальный, ноги не проваливались глубоко и тропить, по сути дела, было не нужно. Михаил Константинович следовал за нами на лыжах, чтобы на спуске съехать на них вниз. Когда подобрались ближе к подъёму, кто-то разглядел на склоне дружественное отделение МГУ-3. Я присмотрелась и действительно — это были они.

Маленькие фигурки на фоне снежного склона. Очень эффектное зрелище! Вскоре и мы начали подъём. К тому времени солнце уже взошло над долиной и шпарило во всю. Становилось жарко, я остановилась раздеться, и все последовали моему примеру.

Идти было на удивление легко, особенно меня это поразило на спуске, когда я прочувствовала пройденное нами вверх расстояние. Пару раз мы останавливались для фотографий.

В эти моменты я наслаждалась видом на белоснежную долину.

МГУ-3 мы догнали на перевале Географов. Там мы все дружно передохнули, одели системы и кошки; единственный раз за все сборы мы одели кошки. Дальше было много восторгов, фотографий, улыбок и радости. На перевале мы были приблизительно в 9 часов утра.

После приготовлений и прочих радостей мы двинули в сторону вершины. На перевале Географов Ваня снял записку туристов. Вела Катя, через какое-то время Александр Валентинович даёт команду уклоняться влево. Катя упорно идет правее.

«Кать, ладно, если у тебя там лево, то идем сюда» — Кузнецов указывает направление рукой.

Вышли на гребень хребта Тахтарвумчорр, подул холодный ветер, идти стало легче.

Через какое-то время показался крест на плато Тахтарвумчорр. Оттуда уже стал виден конечный пункт нашего восхождения, «Откол» хр. Тахтарвумчорр. Вот он, совсем рядом, но дальше предстояла техническая работа по преодолению провала.

И долгое время ожидания очереди на перила. Нас было 16 человек плюс два инструктора, 2 станции с точками страховки организовали быстро. Володя был первым. Он пролез участок провала, первым вылез на «Откол» и закрепил первую перильную верёвку.

Вторым был Ваня, он провесил вторые перила. И далее все по очереди по перилам восходили на вершину.

Дул сильный ледяной ветер, время тянулось медленно. Работы всем не хватало. Тогда началась самая смешная часть нашего пребывания на плато. Каждый пытался согреться любыми доступными ему способами.

Я мысленно благодарила себя за своё мудрое решение всё же взять пуховку, хотя во время движения она представлялась мне излишеством, занимающим место в рюкзаке.

И вот мы на «Отколе»!!! Эмоции через край, поздравления и объятия. Ваня вытаптывал на снегу громадные буквы «МГУ», Андрюха стоял на голове. А ещё там не было ветра. И было тепло. И всё не верилось, что вот она — наша первая вершина!

Но радоваться было рано, ведь как говорят инструкторы, большой процент несчастных случаев происходит именно на спуске. И расслабляться рано, нам предстоит долгий путь вниз.

На спуске я прочувствовала на себе неудобство кошек без антиподлипов. После каждого сделанного шага, мне приходилось сбивать налипшие килограммы снега палками.

Спустились до перевала, сняли с себя железки и двинулись дальше. Михаил Константинович браво съезжал с хребта на горных лыжах. Серёжа на перевале тоже оседлал, так сказать, свой сноуборд, и съезжал на нем. «Когда доедешь до леса, самое главное, не снимай очки» — напутствуют его.

Но все благополучно спустились вниз, дошли до дороги и расположились на своих рюкзаках в ожидании газели. Последний взгляд на Тахтарвумчорр, мысленное «спасибо, что отпустила»... И всё. Все закончилось благополучно. Мы едем домой. Мы значки!

Пока ехали домой, погода стремительно менялась, к ужину небо заволокло, и начался мерзкий снежок с дождём. День восхождения был выбран идеально!

После ужина был разбор. Было очень много слов, благодарностей. Серёжа Янченков начал первый и вынес такую дипломатическую речь, что все давились от смеха, но исключительно от гордости и умиления за этого замечательного человека. Ну нельзя было остаться равнодушным!

Ближе к концу речи нашего главного тренера было сказано также, что даже если восхождение по тактическому плану занимает всего несколько часов, всё равно нужно брать тёплые вещи и перекусы. Потому что, не дай бог, с кем-то что-нибудь случиться, и транспортировка пострадавшего с горы может занять гораздо больше времени, чем планировалось. «Иначе получится...» — начинает Каныгин. «Кого несли, того и съели» — заканчивает Серёга.

6-е мая. Полиспасты и посещение злачных мест

Вообще-то на этот день был намечен день отдыха. Но на улице по-прежнему моросил дождь, а так как Михаил Константинович лелеял в мечтах покорение местных горнолыжных склонов в день отдыха, о котором речи в такую погоду быть не могло, то мы продолжали наши занятия. Сначала была теория по переправам через горные реки в «ленинской комнате», затем мы вышли на улицу эти самые переправы тянуть. Первая оказалась неудачной. Зато по второй все благополучно «переправились».

Во второй половине дня большая часть народа поехала в краеведческий музей города Кировска, мы же, а именно: я Ксеня и Серёжа, отправились в гастрономический тур в местный супермаркет, дабы обзавестись всем необходимым для намеченной назавтра вечеринки. С этим мы управились быстро, а дальше пошли в самовольную экскурсию по городу. Назад решили возвращаться пешком.

И всё было замечательно, пока мы не дошли до развилки, на которой никто из нас не смог вспомнить — а куда же дальше. Поблизости какой-то тип мыл свою машину в придорожной канаве. Выглядело это странно, но мы всё же решили обратиться к нему, потому что больше никого поблизости не наблюдалось. Он не знал, где находится «Географическая база МГУ». Решили пойти на шару по одной из дорог, но скоро поняли, что нам не сюда. Развернулись и пошли обратно. Дядька проводил нас взглядом, продолжая полоскать свои коврики в луже. В этот раз мы шли правильной дорогой, в чём мы вскоре убедились, завидев на горизонте своих товарищей, которые возвращались домой из музея. Скоро мы встретили Ваню и Катю, которая быстро склонила меня развернуться и идти с ними на рудник.

Серёжа с Ксеней ушли на базу, а мы с Ваней и Катей пошли на рудник. Дорогой на него оказалась та самая первая дорога, с которой мы развернулись. Идём мимо дядьки. Он уже весьма подозрительно на нас смотрит. Но молчит. Вряд ли он понял, что двое участников процессии успело смениться («какие же вы все альпинисты на одно лицо!»). Когда я узнала, что идти до рудника нам нужно километров пять, мои чувства к нему бысто охладели. Но что делать — уже идём...

Шли-шли, упёрлись в КПП, через которое нас, естественно, не пустили. «Пойдём по железной дороге» — бодро говорит Ваня. Возвращаемся. Мужик не выдержал: «Что? — это он к Ване, — загоняли они тебя?» Мужская солидарность...

По железной дороге было много живописных мест. Например ресторан «Плакали берёзы». А также сгоревший пассажирский вагон, в который Ване нужно было непременно забраться.

Когда мы покинули сие живописное место и поднялись на железнодорожную насыпь, я увидела через несколько рядов рельсов родной спуск на нашей базе и здраво рассудив, что ещё успею к ужину, «а рудник ваш я телевизоре видала», я, оставив своих товарищей, пошла напрямик к теплу и еде. Предварительно пообещав Ване написать сообщение, когда дойду, потому что он порывался меня проводить. Ещё немного поразмыслив, я сделала фото уходящих вдаль по железнодорожному полотну Кати и Вани. На всякий случай. На память или «как доказательство» — это уж каждый додумал сам после моего рассказа после возвращения на базу.

Катя с Ваней чудесно погуляли, и вечером голодные и уставшие благополучно вернулись домой, где заботливой мной для них был припасён ужин.

7-е мая. «Юкспорру быть или не стоит?» или «Мы на вершине, а где же аптечка?»

Сегодня утром, проснувшись, мы еще чётко не знали, чем именно нам предстоит заняться. За завтраком Михаил Константинович объявил нам, что, всё таки, мы пойдем на Юкспорр по многочисленным просьбам новоиспечённых значков. Так что, занятия по устройству бивуаков, рытью снежных пещер и построению иглу было отложено на «когда-нибудь потом», а мы кинулись собирать рюкзаки.

В 9 утра мы двумя, как обычно, отделениями вышли на Юкспорр. Поднимались по уже проторённой нами тропе в лавинном кулуаре. У уже знакомых ёлочек натянули системы и каски и пошли выше.

Дальше были скальные участки маршрута, которые мы дружно и без труда преодолевали. Сначала все было чётко по правилам: перила, взаимодействие связок и прочее и прочее, что обещало затянуться на долго. Ваня с Катей сразу начали двигаться автономной связкой. Когда на станцию, которую организовывала я, по перилам поднялись все участники, а также поднялся мой напарник с верхней страховкой, от Михаила Константиновича поступила команда нам двоим уходить со станции и двигаться вдвоём со страховкой о неровности рельефа. Что мы с нетерпением и сделали. Мы бодро полезли дальше, догоняя Настю и Диму, которые двигались таким же образом. Когда мы встретились на одном из участков, Дима нам сообщил, что с ним связался Каныгин, сказал, что у него, глядя на нас, делается сердцебиение, и что нам дана команда провесить перила. Нам с Серёжей на только что пройденном нами участке, а им, выше — до креста.

Пока я делала станцию и закрепляла перила, Сережа спустился и закрепил перила внизу. Я уже мысленно с ним попрощалась на время прохождения этого участка всеми участниками, достала термос, шоколадки и приготовилась ждать. Но тут показался Серёжа. Он отвязался от связочной веревки и прожумарил по нашим же перилам. Дальше началась самая безрассудная часть нашего восхождения. Мы выпили чая, и тут он говорит мне:

«Ладно, давай отвязывайся, и пойдём наверх.»

«???»

«Давай-давай. А то сейчас все поднимутся, а мы будем здесь вдвоём, как дураки стоять.»

«Ну нельзя же!» — я смотрю вниз на медленно копошащиеся внизу фигурки и нашего грозного инструктора. А потом наверх — Настя тоже отвязалась и поднялась к Диме, точно так же, как это сделал Серёжа.

«Юля-я-я. Отвя-я-язывайся-я.»

Ещё раз смотрю вниз и кричу Каныгину: «Михаил Константинович! Можно наверх?»

Он в знак согласия машет рукой. Только вряд ли он в тот момент понял, что мы хотим бросить верёвку. А мы её бросили и по Диминым перилам поднялись наверх, к кресту. Безумно довольные собой.

Разумеется, позже Серёже пришлось за верёвкой спускаться, и выслушать справедливую критику инструктора.

Ну а наши отделения, в конце концов, всем составом поднялись до креста. Там мы перекусили, отдохнули, пообщались по телефону с Ксеней, которая приболела и осталась на базе, и которой нас было хорошо видно снизу из лагеря.

Дальше начались дискуссии — идти на вершину, или не ходить на вершину. Александр Валентинович был против, мол: «Зачем вам это, ребята?»

«Ну, Валентиныч, ну ладно, детям же обещали!» — говорит наш Михаил Константинович, и мы идём.

Рюкзаки оставили у креста. Поднялись очень быстро, минут за 20, благодаря хорошей погоде и небольшому количеству снега. С Юкспорра было видно всё: Кировск и пос. Кукисвумчорр, рудники и карьеры, озеро Большой Вудъявр и озеро Малый Вудъявр, хр. Тахтарвумчорр и наш родной «Откол».

Там, на вершине, я осознала, что всё подходит к концу, через сутки у нас поезд в Москву, и мы уедем к будням, работе и повседневности. Уже там мне было грустно, хотя я еще была в Хибинах, на вершине Юкспорра. Немного погрустив я присоединилась к веселящейся толпе друзей.

Мы даже оставили записку и положили её в тур, вместе с пряником. В записке написали, что категория маршрута 1Б, хотя этого маршрута ещё нет в классификаторе, и он нам официально не зачтётся. Мы сходили на Юкспорр не ради клеток, а для души, так сказать, и для опыта.

Мы спустились вниз до креста, собрали свои рюкзаки и вещи, а дальше начался долгий дюльфер вниз по кулуару. У всех было приподнятое настроение, все смеялись и шутили, Андрюха пел: «Я люблю тебя, Дима, что мне так необходимо...», когда Димка Бурундуков начал дюльферять с одной из станций. Дюльферяли мы в другой кулуар, не по пути подъема, поэтому Володе, который оставил свои лыжные палки на пути подъёма, там, где мы одевали системы, нужно было идти их искать. Александр Валентинович отправил с ним Серёгу Янченкова. Они ушли. И заблудились в лесу, тщетно пытаясь разыскать Володины палки.

Потом, уже на разборе, инструктора их отчитывают:

«Ну куда вы ушли? Вы что не видели тропы? Вы же должны были её пересечь!»

На что Серёга отвечает: «Мы видели тропу. Но она претерпела некоторые изменения, и мы решили, что это не наша тропа...»

Нам с Сережёй на разборе тоже досталось:

«Вы понимаете, что означает такая ситуация? Брошенная на маршруте верёвка? Это значит, что Юля упала в пропасть, а Серёжа сидит и рыдает над её трупом.»

Урок запомнили, исправимся. Было очень стыдно, правда.

Палки так и не нашлись, и их пришлось оставить в жертву горе.

Но все участники были живы и здоровы, а это самое главное. Основная часть наших сборов была завершена, осталась только неофициальная часть. Её организацией мы и занялись после собрания. Было сварено 6 литров глинтвейна, приглашены все участники сборов, и мы очень душевно посидели в столовой. Были песни под гитару, рассказы и воспоминания.

Народ постепенно разбредался спать, но самые стойкие, а в их числе и наши дорогие инструкторы, разошлись глубоко за полночь.

8-е мая. День отъезда

Утром еле заставила себя подняться с кровати. Хотелось спать. Но за окном было солнечно, а это означало только одно — мы едем кататься на горных лыжах! А еще сегодня у Оли Соколовой день рождения.

По дороге в столовую встретила Ксюшу, она шла меня будить, т.к. думала, что я проспала, а она знала, что я собиралась кататься на лыжах. Это так мило, так приятно, когда о тебе думают, заботятся.

Мы дружной компанией поехали на горнолыжный склон на горе Айкуайвентчорр, «новый склон» — так его здесь называют. В прокате обнаружилось, что все растяпы девчонки забыли паспорта дома, и части из нас пришлось возвращаться за ними назад. Меня же спас Серёжа, взяв мне лыжи на свой документ. Спасибо, Серёж, ты самый лучший напарник!

Потом был мастер-класс от Вани. Он объяснил основные принципы спуска на лыжах. Он же помог мне подняться на склон и потусовался со мной какое-то время. Потом я осталась одна и упорно училась. Падала и поднималась, теряла лыжи и палки. Друзья тормозили рядом со мной и учили. Только Серёжа Янченков изящно промчался мимо меня на огромной скорости, но он просто меня не заметил.

Два последних раза я съехала со склона без падений. Была довольна, как слон, и в эйфории зашла в мужской туалет, краем уха услышав, что Серёжа протестует.

На базе мы с девчонками делали из коржей и вареной сгущёнки тортики для именинницы. По Ваниной задумке искусница Настя на одном из тортиков подручными (съедобными) средствами выложила эмблему альплуба МГУ. Настя, ты талант, просто умничка!

Серёжа, кстати, тоже очень активно принимал участие в творческом процессе создания тортов, и только я бездельничала и созерцала. После ужина мы поздравляли Олю с Днем Рождения.

А инструктора поздравляли нас, новоиспечённых значков, и вручали нам эти значки, предварительно залитые двумя бутылками шампанского в салатнице.

В общем получилось такое сумбурное мини-торжество, где всё смешалось. Мы пили самбуку, ели тортики и любовались на свои блестящие значки.

А потом был отъезд. Перед отъездом в суматохе мы благодарили Ольгу Васильевну за гостеприимство, вкусную еду и бутерброды. А она очень волновалась, что мы кого-то забыли в душе. Из душа в самом деле в последний момент выскочил Володя.

По дороге заехали в магазин. На кассе мы с Ксеней встретили Серёгу Янченкова. У него была целая корзина еды. «Серёжа, — говорим мы, — ну зачем тебе столько? Когда ты все это есть собрался?» Немного пораскинув мозгами Сережа выложил один «Роллтон», потом посмотрел на мои руки и выдал: «Ага. «Активия» и туалетная бумага. Отличный набор!»

Потом мы все благополучно загрузились в поезд и поехали.

Дорога назад

Прошла спокойно и без приключений. Разговоры, «военные песни» наших инструкторов, пирожки и рыба в Медвежьей Горе, карельский бальзам в Петрозаводске. Ещё одна ночь под стук колёс и рано утром мы были в Москве. А в Москве уже тепло и в глазах рябит от зелени. А на вокзале все как-то скомкано прощались, и мне не верилось, что всё уже закончилось...

Спасибо всем, кто был рядом со мной в эти дни. Я никогда не забуду своих первых сборов. Может это всё чересчур эмоционально и наивно, но я так чувствую.


Теги: Хибины

Кировск. Фото Феофанова ВаниКатяВодяникаОтделение МГУ-3Рассвет в Хибинах. Фото Феофанова ВаниОтделение МГУ-2 на перевале ГеографовОтделения МГУ-2 и МГУ-3 на восхождении. Фото Паши МазинаВолодя на ОтколеЗдесь, только несколькими часами ранее, взошло на Тахтарвумчорр отделение разрядников МГУ-1Мы с Катей прикидываемся отобедавшими в ресторанеВид с Юкспора. Фото Феофанова ВаниСовершенно убитая горными лыжами и самбукой Катя задремала на вокзале

Возврат к списку